Сидели мы как то в одном баре..хорошо так сидели.. весёлая компания, отличная закуска.. грех не выпить.. Вообщем всё чин-чинарём.. И тут музыканты заиграли одну вещь.. И я говорю.. типа.. Ооо.. и мы это играем.. только чуть по другому.. Парень, что сидел рядом со мной(а я его первый раз видел.. пришёл с кем то), интересуется.. не музыкант ли я? Ну да.. говорю, играю по маленьку.. на саксофоне.. Того парня от услышанного чуть перекосило, и он так тихо от меня стал отодвигаться.. бормоча себе под нос.. Саксофонист!? Опять!?.. Мне тут стало интересно, чем это ему мои коллеги насолили.. парень налил себе стопарик, осушил его.. вздохнул.. и поведал мне историю, которая произошла с ним во время службы в рядах СА.. Я, Вам эту историю рассказываю от первого лица, не много перефрозировал и удалив мат, которым сопровождался этот рассказ.. А вот, собственно и сам рассказ..))))Так вышло, что ушел на дембель матрос,
который играл на большом барабане в нашем войсковом оркестре, и мой одноклассник,
служивший в этом музыкальном коллективе, решил сделать мне добряк, облегчить
нелегкую службу старшего мастера по приготовлению стратегических ракет. Сказано -
сделано. И вот, с его подачи, дирижер оркестра отдает вакансию барабанщика мне.
Играть на большом барабане дело не хитрое. Главное иметь чувство ритма
и не обращать внимания на остальных лабухов (музыкантов) и дирижера.
В то время, а это был 1985 год, у нас был самый крутой духовой оркестр
в округе и нас приглашали играть на всевозможных мероприятиях достаточно
регулярно. А уж на похоронах мы играли раза по три за неделю. Потренировавшись
на плацу в исполнении строевых маршей и гимна Советского Союза, я почувствовал
себя настоящим артистом. Барабан на пузе. В правой руке колотушка. В левой руке -
тарелка. В башке - сплошной «БУМ - ТС-БУМ - ТС»... И, как настоящий артист, я уже
предвкушал небывалый успех у малочисленной женской аудитории поселка «N».
Так получилось, что мой дебют совпал с чьими-то похоронами. Я был настроен
соответствующим образом, т. е. печален, собран, решителен. Перед выездом к месту
похорон ко мне подошел саксофонист(что б ему пусто было) и совершенно серьезно объявил, что у нас,
лабухов, есть достаточно неприятная, но необходимая традиция, согласно которой
каждый музыкант, первый раз лабающий жмура (покойника), должен поцеловать покойника
в лоб. Иначе в славное братство музыкантов тебе путь не будет заказан. Мне, почему-то,
сразу расхотелось легкой оркестрантской службы и захотелось вернуться к своим
ядерным боеголовкам, которые, слава Богу, никто целовать не заставлял. Естественно,
я подумал о розыгрыше, но весь оркестр в полном составе, включая дирижера -
старого старшего мичмана, подтвердили, что это - чистая правда, и через это прошли
все.
Приехав на место, я нашел себя в потерянных чувствах и мандраже, который
не испытывал со времен занятий большим спортом. Короче - полный абзац и трясучка,
но играть-то надо, и я заиграл... Темп я задал такой, что, если бы покойный встал
и ринулся к могиле строевым шагом, я бы ничуть не удивился. На «Coda» (окончание
муз. произведения) я исполнил соло на тарелках и, наконец, посмотрел на нашего
дирижера. Дирижер оркестра, мичман Малых, был бледен, правое веко его
подергивалось в нервном тике, а на лбу блестели бисеринки пота. «Вроде музыкант
со стажем, а тоже волнуется»- с уважением подумал я. Родные и близкие покойного
как-то странно и не очень дружелюбно смотрели в мою сторону. Мы сыграли еще
и еще, и с каждым разом я играл уверенней и уверенней. Кураж появился какой-то.
В это время наш мичман подал знак кларнетисту, мол, отбери барабан у этого идиота
(то бишь у меня). Кларнетист подошел и тихо так (все же похороны) говорит:
- Отдай барабан.
Я расценил это, как команду совершить ритуал и стать
настоящим музыкантом. ПРИШЛО ВРЕМЯ ПОСЛЕДНЕГО ПОЦЕЛУЯ. Аккуратно отстранив
плачущую вдову, я ринулся целоваться с совершенно незнакомым покойником. Когда
я закончил и обернулся с видом победителя, то первое, что увидел, так это
выпученные глаза родных и близких покойного. Но только часть из них смотрела
в мою сторону. Остальные таращились на дергающиеся в диком, но беззвучном смехе
спины моих сослуживцев, резво убегающих к автобусу,а тот саксофонист, от смеха чуть мундштуком не подавился. И первым бежал наш старый
старший мичман. Всю обратную дорогу мои коллеги просто лежали в автобусе,
и только флейтист грустно так заметил:
- Опять из-за ваших приколов без водки остались..... Вот с тех самых пор, я вашего брата сторонюсь.. Мой сосед молча налил стопарик, и с таким грустным взглядом его выпил.... Всю услышанную историю, я мигом прокрутил в своём подзаправленном алкоголем мозгу, в ролях и в цветном изображение.. Блин.. я не плакал.. я просто РЫДАЛ от смеха!!!



С тем парнем я ещё не раз встречался и каждый раз я его заверял, что так злостоно, шутить над ним не буду..)))